Как-то раз увидел Осёл Соловья. Рассказал он ему, будто ходит слух о том, что Соловей петь — великий мастер. Захотелось очень Ослу удостовериться, а правду ли говорят?! И сказал он Соловью о том, что хотел бы сам послушать и посудить, а подлинно ли, на самом деле, его умение петь.
Соловью скрывать было нечего, согласился он показать Ослу своё искусство и как запел с переходами на множество ладов. Он так хотел понравиться, что, исполняя песню, голосом своим он то переливался и растягивал, то с нежностью ослабевал. Так пел, что пение его истомленной свирелью отдавалось вдали и по роще мелкой дробью рассыпалось. Все — все в округе внимательно слушали. Даже ветер утих, хоры птиц замолчали, стада улеглись, пастух, еле дыша, так соловьём залюбовался, что даже перестал обращать внимание на свою пастушку.
Закончил Соловей свою песню. Осёл, уставясь в землю, сказал, что, конечно, можно и без скуки его слушать, но всё же можно и больше навостриться в пении. Жаль, что Соловей не знаком с одним петухом. У этого петуха можно было бы еще поучиться. Услышав такие обидные слова от Осла, Соловей скорее вспорхнул и улетел далеко-далеко.
Басня учит тому, что прежде чем давать советы в каком-либо деле, стоит самому научиться этому делу.
Можете использовать этот текст для читательского дневника
Мама девочки Маши работает в театре балериной, папа – моряк дальнего плавания. Когда мама уходит на работу девочка остается с нянюшкой Петровной.
Варя с дедом Кузьмой проживала в деревне, которая находится возле лесной полосы. В зимние дни этого года поднимался сильный ветер и шёл постоянно снег.
Девятилетний мальчик Ваня поехал вместе со своими родственниками на безымянное озеро порыбачить. Озеро находилась в лесу, вечером решили разжечь костер и пожарить картошку на сковороде
Как-то раз пришел к местному сельскому ветеринару Ваня Малявин. На руках у него был заяц с обожженными лапами, но врач отказался его лечить и грубо вытолкнул Ваню за дверь
Поручик Лермонтов ехал на Кавказ в ссылку. Бурное половодье весны задерживало его в пути, да и незачем было торопиться. Все чаще он задумывался о смерти и все сильнее ощущал жажду жизни.