Как-то в одесской гавани я встретил странного человека. Вид его был редкого здесь восточного типа, одежда — светлая, чистая и модная. Присутствие в гавани неспешно прогуливающегося господина резко контрастировало с суетящимися оборванными рабочими.
На четвертые сутки мы снова столкнулись. Я ел арбуз с хлебом и рассматривал незнакомца. Тот тоже поглядывал на меня, и в его глазах я различил проблески чего-то дикого, животного. Он был голоден.
Человек буквально набросился на предложенную еду, а потом поведал свою историю. Это был грузин, Шакро Птадзе, княжеский сын. Во время службы конторщиком на одной из железнодорожных станций его обокрал товарищ. Князь направился в Батуми, следом за похитителем, но там выяснилось, что тот поехал в Одессу. Тогда Шакро взял у друга Вано паспорт и выдвинулся следом в Одессу.
Я ему верил и жалел этого заплутавшего большого ребенка. Решив помочь, я попытался заработать ему денег на проезд до Батуми, но новый знакомый ел за троих и скопить ничего не вышло. Так мы пошли в сторону Тифлиса.
Пройдя Херсон, Феодосию, Симферополь, мы попали в Ялту. Там удалось заработать немного денег, на которые я купил еды, а после ненадолго отлучился. А когда вернулся, Шакро все съел, не оставив мне ничего. Я простил ему этот поступок на свою беду.
Мое молчание Шакро расценил по-своему. С тех пор работал один я, а попутчик отказывался под любым предлогом. Ему было проще просить милостыню, оправдываясь тем, что он не умеет работать. Когда я приносил хлеб, то грузин смеялся и торжествовал, что я не убежал.
Однажды на берегу моря я задумался. Шакро начал смеяться, поскольку лицо мое напомнило ему баранью морду.
Потом он извинился, поскольку, видя мою смирность и безропотную работу, считал меня глупым.
В Керчи мы украли лодку и кое-как переправились. Прибившись к пастухам, мы могли угодить к таможенникам, если бы не заступился старый чабан. Шакро после веселился, говоря, что если бы нас сдали властям, то он оговорил бы меня в попытке его утопления. Меня посадили б в тюрьму, а Шакро спасся.
В Терской области он вытащил все заработанные мной деньги и пропил их с продажной женщиной. Заявившись, она начала требовать деньги, которые я якобы занял.
Наконец мы прибыли в Тифлис. Шакро обещал отблагодарить меня. Зайдя в проулок к знакомому товарищу попросить новой одежды и спросить о доме, он исчез. С тех пор мы не виделись.
«Он научил меня многому, чего не найдёшь в толстых фолиантах, написанных мудрецами, – ибо мудрость жизни всегда глубже и обширнее мудрости людей».
Можете использовать этот текст для читательского дневника
Берг — художник. Он родился в небольшом еврейском городке на Днепре. Берг никогда не испытывал трепета при слове «родина». Он не привязывался к местам, где жил и воевал.
У любого жителя нашей планеты есть необычное желание. И я держу у себя в душе идею посетить озёрные просторы под названием «Боровое»
Главная героиня рассказа Константина Георгиевича Паустовского «Шиповник» Маша Климова плыла на пароходе из Ленинграда (где недавно окончила лесной институт) на Нижнюю Волгу работать – выращивать колхозные леса.
Как-то раз пришел к местному сельскому ветеринару Ваня Малявин. На руках у него был заяц с обожженными лапами, но врач отказался его лечить и грубо вытолкнул Ваню за дверь
Словно мгновенно пролетающая огненная птица, проходит ярко бронзовая, то хмурая, то тёплая осень. А холодная зима, кажется, никогда не кончится. Три месяца, характеризующие лето, тоже быстро заканчиваются.