Летом 1902 года автор спустился в трущобы Восточного Лондона и увидел, как голод, бездомность, плохая гигиена и болезни разоряют жизнь жителей, вынуждая их бороться за каждый крошечный уголок с минимальной арендой. Он делает вывод, что лишь радикальная перестройка общества способна вывести людей из состояния постоянной угрозы гибели.
Летом 1902 года автор спустился в самый центр Восточного Лондона, чтобы увидеть, что действительно отнимает жизнь у людей. Он нашёл улицы, где люди голодали, жили без крыши и даже зимой не могли согреться.
Попытки попасть в трущобы через знакомых закончились отказами, пока американский консул согласился выслушать план. В экипаже он оказался среди грязных домов и на рынке, где жители копались в мусоре за гнилой едой. Джонни Апрайт принял его как соседа и предложил небольшую комнату, где можно было хранить вещи и получать письма.
Жизнь в крошечной комнате стоила шесть шиллингов в неделю, а места почти не оставалось после стола для машинки. Арендаторы платили от трёх до шести шиллингов за одну комнату, санузлов почти не было, а болезни быстро распространялись из‑за плохой гигиены. В кофейне герой встретил кочегара, который считал смысл жизни в пиве и отвергал семейные обязательства; врачи говорили о сотнях тысяч смертей от простуды и пролежней.
Он пытался ночевать в приютах, но часто оставался без места, стоя в длинных очередях с другими бедняками. Полицейские гоняли бездомных с улиц, а в день коронации богатые шествовали по улицам, пока толпы голодных оставались незамеченными.
Предисловие
Летним 1902‑м годом автор решил спуститься в самое дно Восточного Лондона, чтобы увидеть всё своими глазами. Он хотел проверить, что действительно продлевает жизнь и здоровье, а что её отбирает. По его мнению, даже в «хорошее» время в Англии люди страдали от голода и бездомности. Зима 1902‑2003 годов обострила бедствие: тысячи безработных вышли на улицы требовать хлеба. По оценке американского журналиста, приюты уже не могли вместить всех нуждающихся. Автор считает, что народ может пережить трудные времена, а политические механизмы – лишь мусорная свалка.
Глава I. Сослужие в ад
Главный герой просил знакомых помочь попасть на Восточную сторону, но все отказывались и советовали обратиться к полиции. Он нашёл контору «Томас Кук и сын», где клерк также отказался сопровождать его, ссылаясь на отсутствие опыта. Затем американский консул согласился выслушать план и дал согласие, после чего герой сел в экипаж. Водитель не понял направления, но всё равно повёз его в трущобы, где царили грязные дома, пьянство и безнадёжная нищета. На рынке люди рылись в мусоре за гнилой едой, а дети «поедали» отбросы. Примерив лохмотья местных жителей, герой стал восприниматься как их равный: к нему обратились «товарищ», а не «сэр».
Глава II. Джонни Апрайт
Автор нашёл улицу, где жил известный сыщик Джонни Апрайт, и пришёл к дому в надежде договориться о жилье. Дверь открыл слуга‑«рабыня», которая сначала отказалась разговаривать, но потом впустила гостя внутрь. Хозяин отсутствовал, а его жена объяснила, что по воскресеньям он не принимает гостей. Автор подождал в кухне, пока женщина пригласила его в подвал‑столовую, где был почти темно, но удалось прочитать газету. В столовой встретились две дочери Апрайта и сам Джонни, который, притворяясь простым, пошутил о том, что гостя приняли за нищего. После разговора хозяин предложил помочь с жильём на соседней улице, где герой мог бы хранить вещи и получать корреспонденцию. Таким образом, контакт с Апрайтом открыл перед автором возможность остаться в районе без риска быть выселенным.
Глава III. Моё жилище и жилища других
Нарратор живёт в крохотной комнате, арендованной за шесть шиллингов в неделю; после того как он поставил туда стол для машинки, места почти не осталось и пришлось постоянно маневрировать. Он вышел искать другое жильё, но свободных домов в районе нет – район переполнен, а отдельные квартиры сдаются лишь по одной комнате даже семьям. Хозяева считают одну комнату достаточной и берут за неё от трёх до шести шиллингов, иногда добавляя плату за лишних жильцов, но санузлов почти не встречается. Везде плохая канализация, сырость и отсутствие ванн, из‑за чего болезни могут легко распространиться. На улице Джонни Апрайт хозяин рассказывает, что район уже захвачен чужими людьми, арендная плата растёт, а в любой момент дом может продать спекулянт, превратив его в многокомнатный крошечный отель. Нарратор видит, как даже небольшие улочки скоро исчезнут под новыми фабриками и гостиницами.
Глава IV. Человек и бездна
В грязной кофейне нарратор предлагает десятку шиллингов за завтрак и получает предложение занять койку в комнате с двумя постоянными жильцами, где три постели делятся на небольшую площадь. Позже он встречает молодого кочегара у доков, который живёт в крайнем убожестве, не умеет читать и считает, что смысл жизни – пить пиво; он отрицает семейные обязательства и видит жену лишь как источник проблем. Рассказчик слышит от врачей статистику: каждый год сотни тысяч лондонских бедняков умирают от простуды, пролежней и плохой гигиены, а официальные органы относятся к их смерти безразлично. Профессор Пигу заявляет, что низший слой населения составляет лишь семь с половиной процентов, но именно они страдают от нехватки силы воли и физической выносливости. Нарратор понимает, что «Бездна» – это система, где люди живут на грани гибели, а их дети продолжают падать в те же ямы.
Глава V. Те, кто на краю
В некоторых тихих переулках Восточного Лондона всё‑таки есть небольшие ремесленные семьи: мужчины сидят на улице с трубкой, женщины сплетничают, дети играют – их жизнь ограничена лишь тем, что хватает еды и тепла. Но даже в этих уголках счастье сводится к насыщенному желудку; без материального обеспечения люди теряют интерес к мышлению, религии или будущему. Городский дым осаждает улицы тоннами сажи каждую неделю, вызывая хронические болезни у детей, которые потом не способны работать на тяжёлых работах. Женщина‑домохозяйка пытается прокормить семью, шьёт юбки за семь шиллингов в неделю и живёт от пенни к газу, а её дочери вынуждены идти в школу за копейки. На соседнем дворе разгораются драки пьяных женщин, их крики слышны сквозь окна; дети плачут, а кровь стынет в жилах у наблюдателя. Всё это показывает, что бездна – не просто бедность, а целая машина, медленно уничтожающая поколения, пока даже небольшие оазисы надежды гаснут под тяжёлым дымом и шумом улиц.
Глава VI
Трое шли по Майл‑Энд‑Роуд: молодой социалист‑оратор, крепкий мастер‑работник и рассказчик. Они свернули в узкий переулок Фраинг‑Пэн, где дом был полон маленьких комнат, в каждой жило по двадцать человек. В последней комнате находилась тесная сапожная мастерская, где пятеро стояли среди груды кожи и картона, получая лишь тридцать шиллингов за четырнадцати часов труда. За пределами дома виднелись новые муниципальные дома, а дальше – Спайтелфилдзский сад, где бездомные спали на скамейках, укутанные в лохмотья и окружённые запахом гнили. Видя детей, женщин и стариков, юный социалист просил уйти от этого адского зрелища.
Глава VII
Первый поход в «палату разового ночлега» провалился: вечером пришёл без нужного количества денег и был отвергнут при досмотре. Во второй попытке рассказчик вместе с молодым социалистом и мастером подошли к Уайтчепелскому работному дому, где уже выстраивалась длинная очередь из голодных людей. Среди очереди стоял старый моряк‑ветеран, носивший орден Виктории; он поведал о своей службе в нескольких войнах и о том, как после конфликта с лейтенантом был лишён звания, наград и права на пенсию. Внутри здания курить запрещали, а каждый вынужденный ночевать сдавал табак в специальную коробку. После того как им сообщили, что места нет до пятницы, рассказчик и его спутники решили идти к поплерскому приюту.
Глава VIII
На пути к поплерскому работному дому они встретили пожилого возчика и измождённого плотника, которые уже несколько дней провели на улице без еды. Возчик рассказывал о своей семье: жена умерла, сын погиб от оспы, а бизнес по перевозке грузов обанкротился; плотник вспоминал, как его дети погибли от скарлатины и как он сам едва выжил, питаясь корками апельсинов. Они обсудили, что в приюте дают лишь крошечные порции хлеба и жидкую похлёбку, а работа после ночлега часто превращается в принудительный труд. Когда они попытались войти, привратник отказал, сказав «мест нет», и их снова бросил на улицу. Позже возчик и плотник с рассказчиком сидели в дешёвой кафешке, где за несколько пенсов съели два куска хлеба и горький чай, а затем каждый получил по двум шиллингам – небольшую надежду на кровать в следующую ночь.
Глава IX
После нескольких неудачных попыток попасть в ночлежку герой всё‑равно оказывается в очереди, где уже собрались десятки отверженных. Среди них два бывших больных оспой рассказывают о тяжёлой болезни и безнадёжном поиске работы; позже к ним присоединяется «Живчик», сломанный тяжёлым ящиком с рыбой, и несколько людей, которые когда‑то жили в США, но теперь мечтают вернуться. Очередь растёт, люди делятся советами о том, как выбраться из Лондона, а один старый парёнок помогает ребёнку подняться на телегу. Ночью им дают скудный завтрак, после чего распределяют работу: убирают мусор в лазарете, моются в одной воде и спят на узких «кроватях»‑парусинах, где каждый шум будит всех остальных. Утром герой получает небольшую порцию хлеба, отдаёт её соседу и, получив разрешение, бросается к выходу, чтобы избавиться от ночлежки.
Глава X
Герой берёт «флаг» и выходит на улицы Западного Лондона в поисках места для сна. Он видит, как бедняки хватаются за экипажи, рискуя промокнуть до нитки, а полицейские гоняют бездомных с площадей и мостов. На Пикадилли встречает пожилую женщину, которую постоянно вытесняют полицейские; её путь заканчивается у ограды Грин‑парка, где она спит под дождём. Герой пытается укрыться за решёткой или в кустах, но каждый раз сталкивается с угрозой ареста. Наблюдая за тем, как власти отгоняют людей от парков и заставляют их бродить всю ночь, он критикует эту политику, подчёркивая бессмыслицу принуждать голодных к бесконечному скитанию.
Глава XI
На рассвете герой направляется к «обжорке» – бесплатной столовой спасения на Саррейской стороне. Толпа из стариков, детей и бездомных заполняет двор; полицейский вспоминает их как «свиней», но потом уходит, позволяя людям ждать завтрак. После долгого ожидания с талонами в толпе появляется адъютант, который угрожает лишить всех еды, если они не останутся на богослужении. Герой просит уйти искать работу, но получает лишь холодные отказы и несколько минут споров с солдатами и майором, пока наконец ему позволяют выйти. Вернувшись в свою комнату, он принимает ванну, переодевается и засыпает, вспоминая тех, кто остаётся ждать очередного хлеба. В конце дня он понимает, что даже после такой ночи многие останутся без кровати, еды и надежды.
Глава XII – День коронации
В день торжества в Вестминстерском аббатстве был возведён новый монарх, и по всему Лондону прошли пышные шествия, громкие крики «ура» и световое шоу. На Трафальгарской площади толпа была разделена строгими военными баррикадами: с одной стороны – элита в золотых мантиях, с другой – обычные жители, большинство из которых остались дома или напились. Автор наблюдал за процессией, сравнивая её с цирком, и размышлял о том, как власть заставляет народ работать и страдать, пока небольшая часть получает роскошь. Он вспомнил библейскую историю Самуила, где люди просили царя, понимая, что это принесёт им новые притеснения. Вечером улицы заполнили бездомные, которые, несмотря на шумный праздник, остались незамеченными и голодными. Заключение было мрачным: коронация показала контраст между блеском дворянства и тяжёлой жизнью большинства населения.
Глава XIII – Дэн Каллен, портовый грузчик
Дэна Каллена нашли в тесной коммунальной комнате, где стены были покрыты кровавыми пятнами от насекомых, а мебель была почти полностью изношена. Несмотря на бедственное жилище, он был самоучкой: читал Шекспира, экономику и политическую теорию, возглавлял профсоюз грузчиков и участвовал в стачках, что сделало его «меченым» для работодателей. После тяжёлой болезни ему отказали в помощи – больницу он мог бы получить лишь после долгих очередей, а фирма, где он проработал тридцать лет, отвергла любые просьбы о поддержке. Сапожник‑друг попытался добиться лечения, но управляющий фирмы напомнил строгие правила «не помогать поденным». В конце концов Дэн оказался в бесплатном лазарете, где его лечили без сочувствия, а он умер, ощущая, что система специально довела его до конца. История завершилась горькой мыслью о том, как талантливый и образованный человек может быть погублен бесчеловечным отношением к рабочему классу.
Глава XIV – Хмель и сборщики хмеля
Сокращение посевов хмеля и плохая погода привели к тому, что в Кенте пришлось собрать урожай почти без средств: тысячи бедняков из лондонских трущоб приехали работать на полях, но получили лишь скудные выплаты. После сильной бури большинство стеблей было уничтожено, а оставшиеся сборщики оказались заперты в грязи и голоде; их труд оценивали в шиллинг за семь бушелей, хотя для получения этой суммы требовалось отдать двенадцать. Автор вместе с молодым сапожником попытался найти работу на поле, но хозяин сначала отказал, а затем позволил им собирать хмель только под присмотром женщин‑работниц. За несколько часов они вынесли лишь небольшую часть урожая и заработали несколько пенсов, что оказалось почти ничем по сравнению с затратами энергии. Рассказ подчёркивает, как богатые пивовары теряют деньги, а настоящие сборщики остаются без еды и крова, живя в постоянной нужде. В конце автор отмечает, что даже небольшая заработанная сумма не спасает их от ночных холодов и очередного дня голода.
Глава XV – «Мать моряков»
В сердце Кента герой нашёл скромную женщину, которую называют «Матерью моряков», в запущенном районе Мейдстона. Её дом был убогим, но хозяева‑пожилые Магриджи впустили постояльца и открыли дверь своей кухни. Томас, семидесятилетний подёнщик, всю жизнь провёл за тяжёлой работой; его жена, тоже уже в семьдесят три, не прекращала убирать, стирать и готовить. У пары пятнадцать детей: большинство разъехались по миру – в Австралию, Аргентину, Нью‑Йорк, Индии – а лишь самая младшая осталась рядом. Описание их жизни раскрывает стойкость английского народа, но также показывает, как традиционный морской род постепенно исчезает, уступая место иностранным экипажам и чужим колониям.
Глава XVI – «Собственность против личности»
Автор сравнивает рост прав частной собственности с упадком социальных гарантий: мелкие преступления вроде кражи груш или ночлега на улице караются штрафами и тюремными сроками, тогда как тяжкие бытовые насилия часто получают лишь небольшие наказания. Приведённые судебные протоколы из разных судов демонстрируют, что нарушение чужой собственности считается более опасным, чем нападение на людей. Судьи часто назначают штрафы в несколько шиллингов, заменяя их коротким сроком тюрьмы для тех, кто не может платить. Такая система усиливает давление на бедняков, заставляя их жить в постоянном страхе перед законом. В итоге личность оказывается подчинённой интересам владельцев земли и капитала.
Глава XVII – «Непригодность»
На пустыре героя встретили рабочие, спорившие о дешёвом иммигрантском труде, и он увидел, как конкуренция за одно место снижает зарплаты. Когда предложение труда превышает спрос, часть работников отбрасывается в «дно» – ночлежки, бедные дома и фабричные больницы. Пример Мак‑Гарри, потерявшего обе ноги на заводе, показывает, что даже получая выше средней оплату, травма может превратить трудягу в зависимого от милостыни. Статистика Лондона подтверждает: каждый четвёртый умерший взрослый рабочий заканчивает жизнь в благотворительном учреждении. Автор подчёркивает, что «непригодность» определяется не способностями человека, а рыночным спросом, и что промышленная система постоянно создаёт новые группы вытесненных людей.
Глава XVIII – Заработная плата
Автор показывает, как семья из пяти человек живёт на неделю за 21 шиллинг. Из этой суммы почти всё уходит на аренду и еду: хлеб съедают трижды в день, а мяса едят лишь иногда, овощей ещё реже. На такие небольшие порции остаётся только копеечный запас на мелочи, поэтому любые непредвиденные расходы сразу приводят к голоду. Если ребёнок нуждается в обуви, семья вынуждена отказываться от мяса, а при болезни главы семьи деньги исчезают совсем. В результате большинство семей едят настолько мало, что теряют силы работать и быстро оказываются на улице.
Глава XIX – Гетто
В Восточном Лондоне сконцентрировано около двух миллионов рабочих, которые живут в крохотных комнатах, часто по три‑четыре человека в одной. Законы требуют минимум 11 м³ на человека, но почти полмиллиона жителей не имеют даже этого пространства. Переполненные дома пахнут вшами и разлагаются, болезни распространяются, а дети растут без элементарных условий жизни. Аренда съедает до половины дохода, поэтому люди вынуждены сдавать уголки или спать на полу. Такое постоянное давление разрушает здоровье, мораль и способность людей быть продуктивными рабочими.
Глава XX – Кофейни и ночлежные дома
Для бедных лондонцев кофе‑заведения стали местом дешёвого, но грязного питания: хлеб едят с чайной водой, а редкие порции мяса стоят несколько пенсов. Еда подаётся в грязной посуде, часто без столовых приборов, и её вкус скорее напоминает выживание, чем ужин. Когда рабочие не могут платить за комнату, они идут в ночлежные дома, где спят в тесных «кабинах», разделённых тонкими перегородками, без замков и личного пространства. За ночь платится лишь несколько пенсов, но условия напоминают тюремный режим: шум, запахи и отсутствие уединения. Такие места лишают людей возможности отдохнуть и восстановить силы, что только усиливает их изнуряющую бедность.
ГЛАВА XXI – Необеспеченность
Роберт Блэтчфорд беседует с рабочими, которые тяжело трудятся на химических заводах, потому что им нужны деньги для семей. Один из них рассказывает, что если он перестанет платить алименты, жена и пятеро детей окажутся в работном доме, где их ждут голод и безнадёжность. Блэтчфорд приводит статистику: в Лондоне сотни тысяч людей живут за чертой бедности, а многие получают лишь минимум пособий. Он сравнивает зарплаты разных профессий и показывает, как даже небольшие изменения дохода могут решить или разрушить жизнь семьи. В конце главы подчёркивается, что нищета – обычное явление для большинства трудящихся.
ГЛАВА XXII
В Лондоне часты попытки покончить с собой: люди, не видящие выхода из бедности, бросаются в каналы или работают на смертельных заводах. На суде появляется юноша Альфред Фримен, который пытается утопиться, а его показания подтверждают тяжёлое финансовое положение и болезнь матери. Судья быстро выносит приговор, но дело проходит без серьёзного расследования. Подобные случаи повторяются: кочегары, женщины и даже дети выбирают смерть, чтобы избежать работных домов. Автор считает, что общество равнодушно к их страданиям и лишь формально фиксирует «временное умопомешательство».
ГЛАВА XXIII – Дети
На восточных улицах Лондона часто слышен звук детской музыки: дети танцуют под шарманку, несмотря на грязь и голод. Но их радость быстро гаснет, когда в семье наступает беда – работа теряется, а еда исчезает. Большинство детей растут без надёжного дома, многие вынуждены работать уже в юном возрасте. В условиях трущоб они теряют здоровье, образование и будущее; часть из них даже умирает от болезней, связанных с плохим питанием. Автор подчёркивает, что без помощи детство превращается в безнадёжный путь к нищете.
ГЛАВА XXIV – Ночь призраков
Автор прогуливается по Коммершл‑стрит и видит ночную картину: улицы заполнены людьми, похожими на зверей, а полицейские лишь пытаются поддержать порядок. Трудящиеся выглядят измождёнными, их тела покрыты следами тяжёлой работы, а глаза полны страха. В таких условиях даже небольшие суммы денег способны спровоцировать убийства. Показано, как бедность превращает людей в «дикарей», готовых на любой поступок ради куска хлеба. Сцена заканчивается тем, что город кажется огромным зверинцем, где выживают только самые сильные.
ГЛАВА XXV – Вопль голодных
В семье рабочего с шестью детьми каждый день – это борьба за еду: даже простейшие продукты приходятся на крошечный бюджет. Автор приводит расчёт расходов и сравнивает его с тем, что получает семья в работном доме; разница оказывается огромной. Весь рассказ наполнен примерами людей, которые живут на границе голода, включая слепых, детей‑заключённых и сельских батраков. Существует огромное количество людей, получающих лишь минимальные пайки, а их здоровье ухудшается от постоянного недоедания. Автор считает, что система не умеет обеспечивать даже базовые потребности большинства населения.
ГЛАВА XXVI – Пьянство, трезвенность и экономность
Бедные часто ищут утешение в пивных заведениях: работа изнурительная, а еда скудная, поэтому алкоголь кажется единственным спасением. Автор объясняет, что пьянство – не просто привычка, а реакция на постоянный страх перед голодом и бездомностью. Советы экономить лишь ухудшают ситуацию: если каждый будет тратить меньше, доходы падут ещё сильнее, а цены останутся прежними. Благотворительные проекты, по мнению автора, мало помогают, потому что не меняют основную структуру бедности. Единственный шанс – изменить систему, а не только отдельные привычки людей.
ГЛАВА XXVII – Система управления
Автор сравнивает жизнь инуитов с жизнью англичан: у первых голод появляется лишь в плохие годы, а у вторых он постоянен. Несмотря на огромный национальный доход и развитую промышленность, большинство английских рабочих живут в нищете, без надёжного жилья и питания. Причина – не отсутствие производительных сил, а плохое управление ресурсами и распределением благ. Автор призывает реформировать систему так, чтобы простые люди получали свою долю от общего богатства. Если этого не сделать, цивилизация потеряет смысл и может рухнуть под тяжестью собственного неэффективного управления.
Можете использовать этот текст для читательского дневника
Альбер Камю был известный французским писатель и философом-экзистенциалистом. Он родился 7 ноября 1913 года в обычной семье смотрителя. После гибели главы семьи на войне женщина переезжает к родственникам
Былина Соловей Будимирович рассказывает историю героя Соловья Будимировича, прибывшего на тридцати кораблях к берегам Киева.
Данный рассказ автор услышал от Любови Онисимовны, няни своего младшего брата, которая в молодости была актрисой орловского театра, которым управлял граф Камеский. Рассказ этот о тупейном художнике Аркадии.
Один из наиболее значимых романов замечательного исторического писателя посвящен одной из самых трагичных страниц истории России — краху Великой Империи в начале 20 века и роли, которую сыграл в этом загадочный старец Григорий Распутин.
Пёс Елец жил на заставе, находившейся на самой вершине горы. Попасть туда можно было только по ступенькам, выбитым в граните. Их насчитывалось четыре тысячи.